https://edu.livedigital.space/auth/signup?to=/
Мы можем создать идеальные условия. Но учиться за студента — нет
Оксана Евстафьева
проректор по качеству образовательной деятельности
Академия управления и производства
Академия управления и производства
Разговор с Оксаной Евстафьевой о качестве образования, мотивации и роли ИИ в современном вузе
Разговоры о кризисе образования сегодня звучат почти так же часто, как разговоры о его трансформации. Онлайн заменит офлайн, искусственный интеллект обесценит дипломы, студенты больше не хотят учиться — эти тезисы повторяются с завидной регулярностью. Но если убрать обобщения и спросить у тех, кто каждый день отвечает за качество образования, картина оказывается куда сложнее.
Как на самом деле устроено обучение сегодня? Кто влияет на его результат? Обо всем этом поговорили с Оксаной Евстафьевой — проректором по качеству образовательной деятельности в «Академии управления и производства».
«У нас каждый год непростой»
Сейчас многие говорят, что год сложный. Какие у вас основные фокусы?
Если честно, у нас каждый год непростой, поэтому я бы не сказала, что этот чем-то принципиально отличается. Он еще только начался, и, как обычно, задач достаточно.
Если говорить по сути, то все довольно приземленно. Первый фокус — это подготовка образовательных программ к новому набору. Это не формальная история, потому что программы нужно не просто «обновить», а действительно адаптировать под текущие требования и ожидания.
Второй момент — это набор студентов. Мы частная образовательная организация, у нас есть конкретные показатели, и от них напрямую зависит устойчивость всей системы.
И третий — это запуск учебного процесса. Причем не просто технический старт, а именно нормальная, стабильная работа, без сбоев, без лишнего давления извне.
Миф о «переполненных» профессиях
У вас достаточно широкий профиль подготовки?
Да, у нас есть и гуманитарные, и технические направления. Например, электроэнергетика и электротехника — это одна из наших сильных сторон. Для частного вуза это не самая типичная история.
Но если смотреть на структуру студентов, то картина вполне ожидаемая: большая часть — это экономисты, психологи, юристы. Причем юристы занимают значительную долю.
И все-таки, правда ли, что юристов слишком много?
Да, юристов много. Это факт. Но хороших юристов — единицы. И в этом, по сути, весь ответ. Речь не о количестве, а о качестве. Это касается не только юристов — это общий тренд.
Онлайн — это не совсем онлайн
Один из самых частых вопросов, который звучит сегодня: можно ли полностью заменить офлайн-образование дистанционным. У вас обучение уже полностью онлайн?
Нет. И здесь важно не путать. У нас не онлайн в чистом виде, а обучение с использованием дистанционных технологий. Это означает, что преподаватель выходит на живую связь со студентами. Это не просто записанные курсы, которые можно посмотреть в любое время.
Если студент не подключился, он действительно может посмотреть запись, но базовая модель — это взаимодействие: преподаватель, обратная связь, вопросы. Именно поэтому полностью записанные курсы остаются скорее исключением. Они используются там, где невозможно обеспечить регулярный контакт с преподавателем, но это не основа системы.
С какими сложностями сталкиваются преподаватели?
Например, с тем, что студенты часто подключаются без камеры, и преподаватель фактически читает лекцию в темной аудитории. Это не метафора, а буквальное описание ситуации.
Но при этом преподаватели адаптируются. У них появляются свои методики, свои подходы к удержанию внимания, к подаче материала.
При этом система не оставляет преподавателя один на один с этим форматом. Повышение квалификации — обязательная история. Причем речь идет не только о технических навыках, но и о педагогике: как работать с разной аудиторией, как удерживать внимание, как выстраивать коммуникацию.
Кто сегодня приходит учиться
Кто ваши студенты?
Примерно 20% — это те, кто приходит после школы или в первые годы после нее. Но основная масса — взрослые работающие люди, которые уже находятся в профессии. У них есть опыт, есть понимание, зачем им образование. Они приходят не «попробовать», а решить конкретную задачу: повысить квалификацию, получить диплом, который откроет доступ к должности.
И это кардинально меняет логику обучения. Потому что преподаватель работает не с однородной группой, а с очень разной аудиторией по возрасту, опыту, мотивации.
Где на самом деле рождается качество
Что больше влияет на результат — преподаватель или студент?
В первую очередь — мотивация студента. Звучит жестко, но это реальность высшего образования.
В школе учитель действительно ведет ученика. В вузе ситуация другая: студент приходит уже с определенной целью. Он сам принимает решение учиться.
И что тогда делает академия?
Мы создаем условия.
Это важная формулировка. Академия отвечает за инфраструктуру, за платформу, за преподавателей, за содержание программ. Он должен сделать так, чтобы у студента была возможность учиться.
Но если студент выбирает формальный подход — он его реализует. Он может за ночь закрыть задания, получить оценку и при этом остаться с ощущением, что «образование некачественное».
И здесь граница ответственности становится очень четкой.
Мы можем создать идеальную образовательную среду: удобную платформу, сильных преподавателей, понятные материалы. Но если студент выбирает формальный подход, результат у него будет таким же формальным
Простой тест на вовлеченность
В отсутствие классического контроля посещаемости возникает вопрос: как понять, учится человек или нет. Как вы это отслеживаете?
Мы смотрим на поведение. Сколько раз студент заходит, сколько смотрит, как работает с материалами. Но главный индикатор — это вопросы.
Мотивированный студент всегда задает вопросы. Не обязательно по теме лекции. Иногда это организационные моменты, иногда уточнения, иногда просто попытка разобраться, но он находится в контакте.
Отсутствие вопросов — это всегда сигнал. Просто вопрос в том, какой: либо все понятно, либо ничего не понятно
Есть ли те, кому просто нужен диплом?
Да, конечно. И это нормально.
Кто-то приходит за знаниями, кто-то — за формальным результатом, это отражение реальности.
Такие студенты закрывают задания, получают оценки и двигаются дальше. Но при этом система все равно выстраивает финальную точку контроля — защиту диплома, где уровень становится очевидным.
Искусственный интеллект: не запрет, а настройка
Тема ИИ в образовании сегодня звучит почти как угроза. Студенты используют нейросети. Это проблема?
Мы сами используем ИИ, поэтому говорить о запрете бессмысленно.
Да, есть студенты, которые просто копируют ответы, но это быстро становится заметно. Преподаватель понимает, как выглядит текст, сгенерированный ИИ.
Есть и другая категория — те, кто умеет с этим работать: проверяет, анализирует, перерабатывает. И в этом случае ИИ становится инструментом, а не заменой мышления.
Запретить ИИ — значит проигнорировать реальность. Гораздо важнее научить с ним осознанно работать
Система просто вводит ограничения, например, допустимый процент использования в работах. Но ключевое — это формирование навыка.
Больше свободы — больше ответственности
Мы с вами обсудили и ИИ, и продуктовую часть. А скажите, чувствуете ли вы, что работаете в определенных рамках? Или в частном образовании все-таки больше свободы?
В частном образовании это ощущается даже сильнее, чем в государственном вузе.
Правила для всех одинаковые — их задает министерство, и мы все работаем в рамках аккредитации. Но при этом мы не «родные» системе, поэтому требования ощущаются жестче.
Если где-то не дотянуть — последствия могут быть серьезными, вплоть до потери государственной аккредитации. В государственном вузе система более устойчивая, там это чувствуется иначе.
Я это понимаю, потому что 20 лет работала в госвузе и уже около 6 лет — в частном. В частном секторе быстрее выстраиваются процессы, но и ответственность выше.
Формально свобода есть — вуз сам принимает решения. Но по факту ты все равно работаешь в четко заданных рамках и внутри них выстраиваешь свою систему.
А если говорить про развитие — куда планируете расти?
У нас сейчас планы на 2027 год — запуск новых программ, в том числе по цифровому инжинирингу и теплоэнергетике.
Недавно лицензировали направление по ЖКХ, дальше планируем магистратуру. Плюс есть проекты с государственными структурами. Мы развиваемся, просто делаем это внутри существующих требований.