В ИТ приходили за деньгами и статусом — это было понятно. Что движет людьми, которые идут учиться на психолога?

Чаще всего — не деньги. Приходит разная аудитория, но отмечу, что в значительной степени наш сегмент — это люди 30+, среди которых заметна доля женщин, которые рассматривают психологию как вторую профессию. Многие прошли личную терапию, услышали о нас от знакомых. И вот запрос, который мы стали слышать все чаще на интервью: хочется работать с людьми, видеть, как они меняются, а не сидеть в офисе и делать механическую работу.

Интересно, что часто приходят люди с управленческих позиций, из ИТ. И вот именно этот сегмент — не за деньгами, а за познанием себя и других. Хотя деньги тоже есть: это работа на себя, и при понимании, как выстраивать практику, доход вполне сопоставим с офисной зарплатой, а иногда и выше.

С какими иллюзиями приходят, и как вы их корректируете?

Самая большая иллюзия: закончу курс за год, выйду, и выстроится очередь клиентов, буду работать три часа в неделю.

Реальность другая. Работать с людьми в формате консультирования тяжело. Надо самому быть в терапии, в супервизиях. Первые несколько лет придется вкладывать в обучение большую часть заработанного, и без этого никак. Мы пытаемся честно писать об этом на лендинге, и в процессе обучения аккуратно корректируем ожидания. Плюс даем много практики, чтобы человек сам почувствовал, как это на самом деле устроено, еще до того, как выйдет в самостоятельную работу.

Психология — это сфера, где всегда учатся. Первые несколько лет нужно быть готовым вкладывать в обучение большую часть того, что зарабатываешь. Без этого никак

Профессиональных стандартов в психологии в России нет. Каждый второй может назвать себя психологом. Как в такой среде сохранять качество?

Мы опираемся на рекомендации профессиональных ассоциаций, российских и международных. Наши ключевые эксперты по всем направлениям — люди из этих ассоциаций, с огромным опытом. Мы стараемся работать именно с профессионалами в своей области, их экспертиза могла бы внести значимый вклад в формирование стандартов.

И есть еще один важный момент: академическая сторона института просто не пропустит курс, который не соответствует этим рекомендациям. Я когда пришла сюда из онлайн-образования, пыталась тянуть привычные инструменты: триггерные офферы, формулировки про результат. Мы долго спорили. И меня поразило, насколько трепетно завкафедры и руководители программ относятся к тому, что написано на лендинге. На сайте мы пишем только то, чему человек действительно научится, и не больше.

На рынке психологии сегодня много разных форматов обучения, в том числе довольно упрощенных и сильно маркетинговых. Как МИП на этом фоне определяет свою роль и от чего сознательно дистанцируется?

На рынке есть форматы с разной глубиной подготовки. И это без теории, без практики, только личный опыт.

Мы выбираем такой подход. Наличие настоящих академических преподавателей само по себе ограждает от этой истории. Но есть сегмент аудитории, который привык к Инстаграму* и быстрым курсам, но это не наша приоритетная аудитория. Мы осознанно делаем ставку на фундаментальную базу и работаем с теми, кто уже понимает разницу. Статьи, бесплатные мероприятия, открытые разговоры — это наш способ просвещать рынок, не претендуя охватить всех.

Люди несут свои эмоции в GPT. Это помогает или вредит именно с точки зрения психологии?

Выговориться, структурировать мысли, получить поддержку в моменте — это само по себе терапевтично. Я не считаю, что это плохо. Человек никогда не раскопает то, к чему он не готов. У нас есть прекрасные защитные механизмы психики, глубинную травму ни GPT, ни даже опытный специалист без готовности человека не сможет глубоко работать с травмой. Так что навредить через переписку с чатом крайне маловероятно.

Но важна граница: ИИ — это поддержка, способ выговориться, как с подружкой в кафе. Не инструмент для принятия серьезных решений и не замена терапии. Если человек работает с психологом и параллельно что-то обдумывает в GPT — это нормально. Если GPT становится единственным «специалистом» — нет.

А внутри МИП ИИ используется?

Понемногу внедряем. У нас есть ИИ-чат для поддержки студентов на некоторых курсах. Принцип простой: четко разграничиваем, что сюда, а что к живому человеку. Эмоции выгрузить, вопрос уточнить — это к чату. Разобраться в себе, получить обратную связь по сессии — это к преподавателю или супервизору. Важно объяснять эту разницу, а не просто внедрять инструмент и надеяться, что студенты сами разберутся.

ИИ — неплохо. Выговориться, получить поддержку в моменте — это уже терапевтично. Главное не путать это с живым общением: человек услышит то, что стоит за словами. Чат — нет