Какие два-три стратегических фокуса для Таганского района вы бы выделили на 2026 год? Что для вас будет главным: с точки зрения развития территории, жителей и управленческих задач?

Искусственный интеллект и индивидуальное обучение для корпоративных слушателей.

С крупными клиентами мы часто работаем не по готовой программе. Они смотрят курс и говорят: «Вот это нам нужно, а это — нет, у нас другая задача». Мы адаптируем содержание под конкретный запрос, и иногда именно из таких программ рождаются новые курсы. Примерно 15−20% новых направлений появляются из индивидуальных корпоративных проектов.

ИИ — второй большой фокус. Мы смотрим, где его можно применять корректно, легально и с пользой для слушателей. В Excel преподаватели уже обучились ИИ-инструментам и ведут курс — это очень востребованная тема. В дизайне ИИ тоже помогает, но важно не просто получить картинку, а уметь поставить задачу, оценить результат и довести его до профессионального уровня.

В 1С мы тоже следим за тем, как ИИ может помогать разработчику. Пока это не замена специалиста, а инструмент, который постепенно входит в рабочие процессы.

Как вы работаете с тем, что ИИ уже стал доступным инструментом для учеников? Есть ли у вас правила или подходы к тому, как слушатели могут использовать его при выполнении, например, домашних заданий?

ИИ может помочь, но он не заменяет навык.

В SolidWorks он не построит за человека корректную деталь по учебной задаче. В 1С он может что-то подсказать, но, если слушатель не понимает платформу, объекты, запросы и логику учета, он не сможет проверить результат. В дизайне ИИ действительно помогает с идеей или изображением, но дальше все равно нужен человек: промпт, отбор, доработка, вкус.

Наш подход простой: ИИ можно использовать как помощника, но итоговая работа должна показывать, что слушатель сам понимает, что делает. Преподаватель обычно быстро видит, где есть осознанная работа, а где просто скопированный результат

По Astra Linux все еще строже: экзамены проверяются в обучающем центре Astra. У слушателей есть регламент, сроки и попытки сдачи. Там невозможно «сдать формально» — нужно действительно знать материал.

Какая часть работы преподавателей все еще держится на ручных действиях? Это осознанный выбор или просто та зона, которую пока не успели перестроить?

Часть организационной работы пока ручная: отметить присутствие, уточнить информацию, поставить статус. Это не всегда идеально с точки зрения автоматизации, но пока так.

Зато сам формат обучения у нас очень сильный. У нас открытое обучение: один преподаватель сопровождает слушателей по нескольким курсам одного направления. В аудитории может быть до 40 человек: каждый идет в своем темпе, слушает запись в наушниках, ставит на паузу, если что-то непонятно, и зовет преподавателя.

Получается «преподаватель х2»: он не просто ведет занятие, а индивидуально помогает людям, которые находятся на разных курсах и на разных этапах.

И это эффективнее обычного формата?

Для многих направлений — да. Слушатель не подстраивается под общий темп группы. Если ему нужно остановиться, переслушать, задать вопрос — он делает это сразу.

А преподаватель тратит время не на повторение одного материала для всех, а на конкретные вопросы конкретного человека. Результат итоговых экзаменов выше на 30% практически у всех. Формат работает уже много лет, с 2011 года, и получил международное признание — премию Learn Awards.

Раньше группы были больше, сейчас рынок изменился: люди ищут записи, смотрят YouTube, скачивают материалы. Но именно живое сопровождение преподавателя остается нашей сильной стороной.

Насколько для вас актуальна проблема утечки образовательного контента: когда записи, материалы или курсы начинают распространяться вне платформы?

Проблема есть, но запись сама по себе не заменяет обучение.

Был показательный случай: слушатель нашел курс по Astra в открытых источниках, попробовал заниматься сам, а потом все равно пришел к нам. К концу обучения сказал: «Теперь я понял. Я слышу, что говорит преподаватель, но, когда у меня ошибка, мне нужен человек, который объяснит, что я сделал не так».

Это очень точная формулировка. В техническом обучении ценность не только в записи. Ценность — в преподавателе, который видит ошибку, объясняет нюансы и помогает дойти до результата.

Отдельно хочу спросить про слушателей 50+. Как они обычно проходят обучение: легко ли входят в онлайн-формат, где чаще всего возникают сложности и какая поддержка им нужна, чтобы дойти до результата?

Это очень благодарная аудитория. Они дисциплинированные, внимательные и часто очень мотивированные. Сказали прийти к 9:30 — в 9:30 уже на месте. Выдали материалы — пользуются. Дали задание — стараются сделать.

Иногда им нужна помощь с личным кабинетом, доступами, записями. Здесь важна роль администратора: спокойно показать, объяснить, помочь зайти.

У более молодых слушателей другая динамика: они чаще спорят, быстрее формируют мнение, задают больше уточняющих вопросов. Это не хуже и не лучше — просто разные стили обучения. Наша задача — подобрать подход к каждому

А домашние задания у вас обязательная часть траектории? Например, если слушатель их не сдает, он все равно может получить зачет или сертификат, или без домашек обучение считается не завершенным?

Да, домашние задания обязательны. Если слушатель не выполняет хотя бы 50% домашних заданий, мы не можем считать обучение завершенным.

Внутри команды мы с юмором называем итоговый документ «справкой прогульщика», но, по сути, это официальная справка о непрохождении или неполном прохождении обучения. Для корпоративных клиентов это важно: заказчик должен понимать, действительно ли сотрудник учился.

Был случай: человек приехал на обучение в Москву, несколько дней не появлялся, а потом пришел и был уверен, что получит удостоверение. Но на занятиях не был, заданий нет — значит, и удостоверения нет. Он очень удивился, но для нас это вопрос честности перед заказчиком и перед теми, кто действительно учится.

Серьезная организация, справки прогульщика — и вдруг паук на столе администратора?

Да, это моя инициатива. У каждой из нас на столе есть мягкая игрушка. У меня — паук.

Это мелочь, но она работает. Человек может зайти раздраженным: не открылся личный кабинет, не появилась запись, что-то не получилось. А потом видит паука — и уже улыбается. Разговор начинается не с конфликта, а с нормального человеческого контакта.

Еще у нас есть конфеты — такие, «из детства». Это тоже снижает градус. Человек пришел с проблемой, а попал не в «окно претензий», а туда, где с ним спокойно поговорят.

Один слушатель попросил называть его «господин». Администратор согласилась, пять дней к нему так и обращались. Потом он купил еще три курса и сказал, что это лучшая клиентоориентированность, которую он видел.

А крысу или паука пытались забрать?

Крысу пытались. Она очень смешная, стоит у сотрудницы на столе. Но коллега сказала: «Нет, она живет здесь. Приходите чаще — крыса будет вас ждать».

Такие детали создают атмосферу. У нас серьезное обучение, документы, требования, экзамены. Но человеку важно чувствовать, что его здесь видят не как номер договора, а как живого человека. Иногда именно это помогает пройти сложный курс до конца.